Он считает, что внимание федеральной власти к Дальнему Востоку не является чем-то принципиально новым. 
«Тема особой значимости этого региона для страны рефреном проходит через высказывания политических деятелей на протяжении многих лет. Выработался свой набор стандартов – отношение к Дальнему Востоку как к проблемной, но в то же время перспективной и стратегически важной территории России, которую обязательно необходимо удержать в ее составе и одновременно интегрировать в «бурно развивающийся» АТР», - поделился политолог.
По его словам, фундаментальным отличием современной управленческой модели является резко выросшая роль федерального центра и связанного с ним бизнеса. 
Главным фактором встраивания Дальнего Востока в вертикаль стала не ротация элиты, а явное доминирование центра в деле распределения ресурсов и принятия решений о запуске тех или иных проектов. 
Эксперт сделал вывод, что нынешняя модель предполагает внешнее экономическое управление Дальним Востоком. В ее основе – сложная бюрократическая конструкция в правительстве и администрации президента. К ней примыкают доминирующие на территории государственные корпорации и ряд частных ФПГ. Произошло фактическое урезание полномочий региональной власти, которым остается надеяться на успешность федеральных проектов и «дружить» с ФПГ. Наполнение региональных бюджетов также оказалось второстепенной задачей, поскольку все новые проекты основаны на предоставлении налоговых льгот. 
Кроме того, по словам политолога, на Дальнем Востоке мало используется режим особых экономических зон, которые позволяют развивать территории. В итоге ни одну ОЭЗ на Дальнем Востоке нельзя назвать эффективной. Льготы же бизнес пробивает под конкретные месторождения, а не ради развития территорий, и это как раз происходит успешно. 
«Подобная модель выгодна федеральным субъектам и отвечает их интересам. Но ее крупным минусом является локальный характер проектов. Новые месторождения не обязательно придают импульс развитию регионов и муниципальных образований, не всегда означают рост налоговых платежей и создание большого числа рабочих мест», - рассуждает эксперт. 
Автор материала опасается, что в этих условиях велика вероятность консервации сырьевой модели развития Дальнего Востока, которая к тому же не гарантирует рост в долгосрочной перспективе. Все ключевые проекты связаны с добычей, переработкой и транспортировкой сырья. Само по себе это не так уж и плохо. Неясен эффект для Дальнего Востока в целом. Кроме того, для «будущего» дальневосточного сырья вовсе не гарантированы рынки сбыта, а АТР и Китай в частности не следует наивно считать «постоянно растущими». 
Р.Туровский отметил, что ресурсы и желание заниматься Дальним Востоком у федерального центра есть. Но возникает слишком много управленческих и окологосударственных коммерческих структур, борющихся между собой за влияние и финансовые потоки, и это многообразие, с одной стороны, позволяет удовлетворять интересы различных групп влияния в текущем режиме, но, с другой стороны, затрудняет принятие решений. 
«Дальний Восток обласкан вниманием федерального центра и получил новый режим управления, но пока остается сырьевой периферией страны и суммой не столь уж многочисленных локальных проектов. Его вывод из неустойчивого состояния в перспективе зависит от снижения уровня управленческих противоречий и диверсификации дальневосточной экономики», - подытожил эксперт. 
*** 
http://eastrussia.ru/region/5/619/