- А вы? Вас же дождаться – легче помереть!

За время нашего довольно сбивчивого телефонного разговора я поняла, что и у врачей накопились претензии к пациентам, и мы как люди интеллигентные решили не «махать кулаками» по телефону, а встретиться и прояснить ситуацию.

Мой респондент предпочел скромно остаться инкогнито.

- Я работаю здесь не так давно, всего лишь полгода, раньше в Олекминске на «скорой» работал, в Жатае, но никогда ничего подобного не испытывал. Иной раз приезжаешь на вызов, а там шум, гам, скандал, спасибо, не ударят. Понимаю, накопилось. Но накопилось и у нас. Мы приезжаем на смену, несколько минут для того, чтобы проверить машину, укомплектовать сумку, выпить чашку горячего чаю, сходить по нужде. И все. 12 часов мы ездим по вызовам, не имея возможности перекусить или, простите, справить физиологические потребности. Это в сериалах про скорую помощь медицинская бригада там бесконечно чаи распивает, успевая любовь крутить. У нас – конвейер, один вызов закончился, едем на следующий, третий – в уме, и так все 12 часов. Население растет, а в парке автомашин как было 20 машин, так и осталось 20. Хотя по стандарту должно быть 30 с лишним. Наверное, этот вопрос  решается где-то на уровне правительства, но пока он решается, мы остаемся крайними, и это нас кроют матом, и на нас  выплескивают негатив. Впрочем, я считаю, будь население более грамотным, то и наших 20 бригад за глаза бы хватило!

- Люди не понимают, что скорая неотложная помощь - это действительно лишь скорая неотложная помощь, уж прости за тавтологию. Вот, к примеру, беременность, первые роды. Ничего страшного, противоестественного и неотложного. Женщина с помощью мужа собирается в больницу, мы ее везем, а он едет за нами следом на своей машине. Зачем? Зачем ты нас, целую бригаду сорвал, когда, может, кому-то требуется наша помощь срочно? Для того, чтобы мы констатировали то, что и без нас как-то естественно и понятно? Карта у нее на руках, в роддоме есть экстренный акушерский пост, вот и вези ты ее сам, да и жене будет приятней, когда ты сам ее отвезешь, подольше будешь рядом в самый ее ответственный момент! Другое дело, если роды скорые, своей машины нет, тогда, конечно, в вызове есть смысл.

В крупных мегаполисах таких, как Москва, Санкт-Петербург, уже другой менталитет, там больше склоняются к платной медицине. Помнишь, как было в первые годы перехода от бесплатного к платному жилью? Сколько было негодования, возмущения и криков, и что? Ничего, постепенно привыкли. Все идет к тому, чтобы платной была и медицина. Мы же привыкли к халяве. Приезжаем, к примеру, к женщине: болит живот. Спрашиваем: «Вы на ультразвуковое исследование ходили?» Да, взяла, говорит, талон, но по нему только через две недели. Ну, никогда не поверю, что женщина из семейного бюджета не может выкроить 1 300 рублей, чтобы сходить на несчастное УЗИ. Никто не должен так заботиться о вашем здоровье, как вы сами!

Часто бывает, не от хорошей жизни, конечно, из улусов приезжают, вызывают «скорую», чтобы мы отвезли их в стационар. Но это еще куда ни шло, помню, вызывает женщина нас в поликлинику, вся такая в норковой шубе, в сапогах на шпильках, мол, везите в стационар, мне дали направление! Мы ей: вы могли бы такси вызвать, диагноз-то известен, направление есть, а она в крик, мол, у меня холецистит, а вы вообще не врачи, раз не везете, а еще клятву Гиппократа давали! 

Да много таких случаев. Приезжаем как-то на Хатынг-Юрях, адрес еще такой заковыристый, насилу нашли. Заходим, а там сидит мадам, ногти красит, говорит, мол, направление у меня на госпитализацию. Вот ногти докрашу, высушу и поедем…

- Температура есть – это хорошо, значит, организм борется с вирусом, нагнетая температуру, при которой этот самый вирус должен погибнуть. Что же делают мамаши? Они пичкают ребенка каждые два часа каким-нибудь парацетамолом, сбивают температуру, а черездня два чадо снова заболевает. Они снова вызывают «скорую» и орут в трубку: «У ребенка температура 38, и он плохо дышит!»

 - А участкового вызвать не судьба? Мы приезжаем обычно, а ребенок уже уснул. Уснул – это уже хорошо, значит, дело идет на поправку. Нет, мамашка его начинает будить, тормошить, вертеть. Ну, послушаю я его, советы дам, ему от этого легче станет? В каждой поликлинике есть пункт экстренной помощи, участковый врач. Понос, температура – это к нему, ну, если конечно, понос не до обезвоживания, а температура не зашкаливает. Часто  на мой совет обратиться в поликлинику по месту жительства у меня спрашивают номер телефона участкового врача. Не знают! Опять же кто должен быть в ответе за их здоровье? Я? Нет, прежде всего, они сами.  

Диспетчеры на «скорой» - чаще всего из бывшего состава бригад, у них можно получить консультативную помощь, что можно сделать и как обойтись своими силами, если это возможно. «Скорая» - это, допустим, приступ бронхиальной астмы, подозрение на инсульт, инфаркт, избили кого-то, последствие ДТП. И в этом случае «скорая» примчится за несколько минут. Диспетчеры анализируют и классифицируют все вызовы - рядовые и нестрашные оставляют на потом, вначале – самые тяжелые и действительно экстренные, потому и кажется многим, что мы ползем, а не едем.

- Конечно, бывает. Бывает, неотложку не зовут тогда, когда это экстренно необходимо: и речь уже стала бессвязной, и координация нарушилась, а родные не чешутся: «Бывает, отлежится!» Или вызов, пожилой человек: «Утром сердце кольнуло, а теперь вот ноет и ноет…» приезжаем, не особо торопясь, а у него обширный инфаркт.

- В пятницу, субботу, воскресенье, в праздники. С 31 декабря, к примеру, на 1 января было свыше 600 вызовов за сутки. Вызывали к детям – ОРЗ,ОРВИ, и взрослым очень часто по «синьке», а, вернее ее последствиям: травмы после драк, ожоги, обморожения, отравление алкоголем. Приезжаем, к примеру, а пациент практически невменяем, лыка не вяжет, словом, очень сильно пьян. И жена: «У него голова болит!» А еще бы она у него не болела, попей-ка ее, родимую!

Часто вызывают специально, чтобы зафиксировать факт приезда скорой помощи для предоставления в суд. Приезжаем, к примеру, на вызов: подрались две дамы, одна демонстрирует клок волос, мол, зафиксируйте, она из меня выдрала! Мы выслушиваем ее тираду, объясняем, что фиксировать ничего не будем, справок для суда не даем, что это прерогатива Бюро судебно-медицинской экспертизы. Дамочка же еще долго не унимается. Ох, уж эти мне пьяные вызовы! Вызывают. Сидит дама пьянющая, в окружении трех пьяных мужиков, говорит, пуская сигаретный дым, мол, у меня беременность 20 недель, началось кровотечение… Я посмотрел, констатировал отсутствие кровотечения, выразив сомнение и в самой беременности. Она говорит, мол, ты справку дай, что я не беременна, я через суд докажу, что беременность есть! В общем, иной раз просто удручают такие пациенты. Но  никогда я не слышал от своих коллег ни одного грубого слова по отношению к людям, и себе никогда не позволяю высказаться. Хотя порой и очень хочется. Коллектив у нас дружный, работящий, работу свою мы любим и всегда стараемся помочь. Так что ругают нас зря. И, пользуясь случаем, пусть несколько запоздало, хочу поздравить всех с Новым годом! Пусть случаев, чтобы вызывать нас, будет у вас как можно меньше! Здоровья!

Виктория ГАБЫШЕВА,
«Вести Якутии».